Нейромантик - Страница 19


К оглавлению

19

– Да тут от чего угодно голова пойдет кругом. От тебя, от этой трущобы с этим сусликом, стерегущим нас за дверью…

– Это Финн, я у него пасусь лет сто. Думаю, он перекупщик программных продуктов – софта. Приватность встреч – его побочный бизнес. Кстати, я убедила Армитажа взять Финна нашим техником, поэтому, если встретишься с Финном в ближайшие дни, учти: ты никогда его не видел. Понял?

– Интересно, а что Армитаж растворяет внутри тебя?

– Со мной все очень просто, – Молли улыбнулась. – Каждый лучше всего смотрится там, где ему самое место. Ты рвешься включиться, я рвусь начистить кому-нибудь морду.

Кейс пристально посмотрел на Молли.

– Расскажи, что ты знаешь об Армитаже.

– Для начала, среди тех, кто принимал участие в «Броневом кулаке», не было никого по имени Армитаж. Я проверяла. Это, конечно, ничего не значит. Далее: он, судя по фотографиям, не похож ни на одного из тех парней, которым удалось выбраться оттуда. – Она пожала плечами. – Впрочем, что с того? Эти исходные сведения – пока все, что у меня есть. – Молли побарабанила ногтями по спинке стула. – Но ты – то у нас ковбой, верно? Я к тому, что ты можешь попробовать вынюхать что-нибудь о нем своими методами. – Она улыбнулась.

– Он меня убьет.

– Может быть. А может быть, и нет. Мне кажется, ты ему нужен, Кейс, и сильно нужен. Кроме того, ты же умный парень, разве нет? Ты сумеешь провести его, не сомневаюсь.

– А что еще в том списке, о котором ты говорила?

– Всякие игрушки. В основном для тебя. И дипломированный психопат по имени Питер Ривейра. Вот уж кто действительно дерьмо.

– И где он сейчас?

– Понятия не имею. Но он – дрянной мозгляк, на полном серьезе. Я видела его досье. Жуть Господня. – Молли поднялась со стула и потянулась, почти как кошка. – Итак, маршрут известен. Будем держаться вместе? Партнеры?

Кейс искоса посмотрел на нее.

– А что, похоже на то, что у меня большой выбор?

Молли рассмеялась.

– А ты понятливый, ковбой.


– Матрица произошла от примитивных электронных игр, ранних графических программ и военных экспериментов, связанных с попытками подключения различных управляемых устройств непосредственно к головному мозгу, – бубнил голос за кадром. На экране «Сони» двумерное изображение космических войн переросло в заросли папоротника, генерируемые на основании математических формул, – демонстрация возможностей логарифмических спиралей; подопытным животным вживляли в головы пучки проводов; пехотинцы с непроницаемыми лицами лезли в самое пекло; из шлемов тянулись кабели к системам управления танков и боевых самолетов. – Инфопространство. Согласованная галлюцинация, создаваемая и поддерживаемая день ото дня миллиардами операторов всех наций, начиная с детей, изучающих азы математических наук… Логическое представление сведений, содержащихся в памяти и на магнитных носителях всех компьютеров всего разумного человечества. Потоки данных, протекающие в пространстве разума; скопления и созвездия информации. Подобно огням города, олицетворяющим…

– О чем это? – спросила Молли.

Кейс прикоснулся пальцем к селектору.

– Учебный фильм для детей. – Хаотичная смена изображений на экране – селектор начал менять каналы. – Выключить, – приказал Кейс «Хосаке».

– Хочешь попробовать прямо сейчас, Кейс?

Среда. Восьмой день с тех пор, как он проснулся в «дешевом отеле» рядом с Молли.

– Если ты хочешь, чтобы я ушла, Кейс… Может быть, тебе одному будет легче?

Он покачал головой.

– Нет. Можешь остаться. Это не имеет никакого значения.

Кейс надел на голову черную махровую повязку, хорошо впитывающую пот, аккуратно, чтобы кожные троды «Сендая» попали на нужные места. Затем опустил взгляд к деке, лежащей у него на коленях, и некоторое время смотрел, но видел не ее, а витрину одного магазинчика в Нинсее – хромированные сюрикены, горящие отраженным неоновым светом. Он поднял взгляд: на стене, прямо над «Сони», на чертежной кнопке с желтой головкой висел подарок Молли.

Кейс закрыл глаза.

Клавиша выключателя обрамлена по кругу зубцами сюрикена. Щелчок. И к темно-красной тьме закрытых глаз в обрамлении серебристого фосфоресцирующего кипения по краям зрительного пространства с огромной скоростью понеслись искаженные образы, как в фильме, смонтированном из случайных обрывков пленки. Лица, фигуры, символы, расплывчатые туманные пятна зрительных ассоциаций…

Пожалуйста, молил он, вот сейчас

Серый диск сюрикена, цвета неба Тибы.

Сейчас

Диск начал вращаться, быстрее, образуя светло-серую сферу. Расширяясь…

…и наплывая, наплывая на Кейса, развернулась узорчатая и радужная, переливчатая неоновая оригами его беспредельной второй родины, прозрачной трехмерной шахматной доски, простирающейся в бесконечность. Внутренний взор фокусируется на ступенчатой пурпурной пирамиде Надзорной Комиссии Северного Побережья, вздымающейся сразу за зелеными кубами «Мицубиси бэнк оф Америка», и высоко и очень далеко за ними – спиральные рукава военных систем, навеки за пределами его досягаемости…

А где-то вне всего этого, сидя на чердаке с бежевыми стенами, смеется он, невыразимо далекие отсюда пальцы ласкают деку, слезы облегчения текут по лицу.


Когда он снял троды, Молли в комнате не было, а чердак тонул в темноте. Кейс посмотрел на часы. Он провел в инфопространстве почти пять часов. Кейс перенес «Оно-Сендай» на один из новых письменных столов и растянулся на мате, прикрыв глаза шелковым спальным мешком Молли.

Коробочка охранной системы, укрепленная на двери, дважды пискнула.

19